#Писатели_Приангарья
…Теперь и я вспомнил ... В те поры тоже ветролом бушевал. И, пожалуй, похлеще, чем нынче. Тайга погромыхивала, небо было чёрное. И море почернело. Тьма сгустилась над землёй, в трёх шагах ничего не видать. В те поры выбрела на поселье женщина с растрёпанными рыжими волосами. Была она на седьмом месяце беременности. Сказывала потом: по «путям» пришла, а откуда, не сказывала. Случайно ли, очутилась она на подворье у деда Сидора. Тот во всякую пору привечал пришлых по нужде людишек. Был добр и ласков, делился с ними последней коркой хлеба. Одно смущало: дед Сидор, наскучав в одиночестве (жена у него три года назад померла, а детей Бог не дал), рта не закрывал и всё говорил про что-то, хотя бы и про давнее, пришлому люду неведомое. А то вдруг начинал спрашивать нередко и про то, о чём они, хлебнувшие лиха в вынужденном своём странствии по отчей земле в поисках малого пропитания, не хотели бы знать, и норовили избыть из памяти. Он был крут в спросе, и многие из тех, кто захаживал к нему на подворье, не выдерживали и ... отвечали, мешая слова, рвущиеся из груди, с горючими слезами.
Дед Сидор едва дознался, что звали ту женщину Петиньей и была она вроде бы не русской. Забывшись, должно быть, от лютой усталости, придавившей худые обвислые плечи, она произносила какие-то чужеродные русскому человеку слова. И то было не в удивление деду Сидору, привыкшему иметь дело с разными людьми. Нередко говорил: «A пущай будет хошь турка ... А ежли к тому ж болезный, сорванный напастью с отчины? Как не пособить такому, не обогреть?»
Я в те поры оказался в избе у соседа и увидел ту женщину, и смущение пало на сердце. «Отчего же так?.. - подумал я. - Ей скоро рожать, а она навострилась идти невесть куда? И тоже хотел бы знать, что толкнуло её в дорогу. Но куда там! Петинья, едва назвавшись, тут же и замолчала, и только глядела на нас скорбно. И некуда было спрятаться от этой её скорби. Заскребло на сердце пуще прежнего…
Ким Балков «Ветролом»
Пост опубликован: 17.04.2015 10:45:01 Количество просмотров: